*  *  *

Из меня вырываются сотни кошмарных зверушек

И рыдают и просятся вон в окружающий мир.

Это значит: я выросла, кончилось время игрушек,

Пионерии, школы, дворов, коммунальных квартир.

Это значит, закончилась прошлая жизнь понарошку,

Та, где мама и папа, с которыми все нипочем.

Да, я взрослая: чищу на собственной кухне картошку,

Двери в собственный дом открываю своим же ключом.

И чудовища эти, которых не сыщешь капризней,

Бьются, мечутся, просят чего-то, исходят слюной.

Как я выросла поздно из детской игрушечной жизни!

И чудовища странные выросли вместе со мной.

Их незрячи глаза, а их зубы огромны и остры.

Слишком тесно во мне. Слишком громко рычат и ревут.

Выпускаю наружу безумных некормленных монстров.

Если рядом стоишь, не взыщи – и тебя разорвут.

*  *  *

Я останусь каждой фразой,

Фотографией, штрихом.

Забывай меня не сразу

И не думай о плохом.

Думай, что союз непрочный

Было год не разорвать.

Забывай меня построчно –

Так труднее забывать.

Забывай меня, но долго.

А во мне на сотню лет

Ты останешься осколком

Справа, там, где сердца нет.

Красавица и чудовище

Пишет красавица чудовищу письмо

Про хозяйство, детей, завтраки и обеды,

Мол, ты уж расколдуйся как-нибудь пока само,

В этот раз, к сожалению, не приеду.

Отвечает чудовище красавице,

С трудом заставляя писать свою мохнатую руку:

“Рад наконец от тебя избавиться,

Видеть тебя не могу, проклятую суку!

Не приезжай, ненавижу тебя все равно

За то что, устал столько лет без толку дожидаться,

За то, что понял давным-давно, 

Что не в силах самостоятельно расколдоваться”.

Пишет красавица чудовищу: “Не хочу тебя больше знать,

Гад, мерзавец, подлец! (и всякие другие ругательства).

Ты же обещал, что всю жизнь меня будешь ждать. 

Не ожидала от тебя подобного предательства.

Будь ты проклят, невменяемый зверь.

Ты же клялся, что будем непременно вместе.

Ну, держись, завтра же приеду теперь,

Выдерну остатки твоей свалявшейся шерсти”.

Пишет чудовище: “Прости за звериную бесчеловечность,

Я же чудовище, человечности не учился.

У меня впереди в самом деле целая вечность,

Не знаю, почему внезапно погорячился”.

А жена чудовища говорит: “Опять пишешь своей одной?

Хочешь со свету меня сжить, урод и скотина?”

И чудовище плачет рядом со своей женой,

А она чешет ему его горбатую спину.

А красавица читает ответ, 

Меняет дату на затертом билете,

Как обычно, встает чуть свет,

Работает, готовит, улыбается детям.

И сходит, сходит, сходит, сходит с ума

До следующего письма.

Ане

Помнишь блики тротуаров

В самом первом сентябре?

В коммуналке – Аристаров,

В третьем, маленьком, дворе.

Во дворе газон неяркий,

Не украшенный травой.

Выбегает из-под арки

Женька Курочкин. Живой.

Вон ты: голые колени.

Без очков или в очках?

Солнцу радуется Ленин

С октябрятского значка.

Стану в сорок раз бездомней

Водку вылакав до дна,

Если ты не вспомнишь.

Вспомни! Я не выдержу одна.

*  *  *

Веселый мальчик пухлыми губами

Бормочет непонятное, смеясь,

Тряпичных кукол сталкивая лбами,

Солдатиков отбрасывая в грязь.

Когда шалун забудется в кровати,

Зажав конфету в маленькой руке,

Мы встретимся, измученный солдатик,

Среди игрушек в старом сундуке.

Синяя борода

В деревне у нас говорили, что я горда,

Независима, свободна и весела,

Пока не пришел Синяя Борода,

Сказал: “Пошли со мною”. И я пошла.

Он запер меня в своем огромном дому,

Приходил иногда ночами как муж к жене.

Он делал со мной такое, что никому

Я б не позволила в самом кошмарном сне.

А потом он себе другую найти решил,

Потому что был молод еще и вполне здоров,

И однажды ночью он меня задушил

И сбросил около дома в глубокий ров.

Нас тут много таких, мы частенько его честим:

Мол, маньяк и убийца без совести и стыда.

И сумел же вкруг пальца дурочек обвести,

Вот если б опять, так мы бы с ним никогда!

Я тоже в этом клянусь на чужой крови,

Которая с грязью смешалась в проклятом рву,

Но если придет и скажет он: “Оживи”, —

Клянусь, что в ту же минуту я оживу.

Невский

Невский состоит из шумов и обрывков слов,

Толпы, автобусов, машинных гудков.

Я лечу по нему над тысячами голов,

Над устойчивой враждебностью трех веков.

Я чужая здесь, быть не могу чужей,

Боюсь, что меня давно выдают уже

Голос, глаза, нос, форма ушей

И запись ужасная в паспорте — “ПМЖ”.

Я волос, как сказал поэт, не брала у ржи,

Я вообще легко приживаюсь в любой среде.

Мне все равно, все равно, все равно, все равно, где жить.

Но я не могу родиться больше нигде.

*  *  *

Стихотворение живет

В цепи мучительных беззвучий,

Освободиться ищет случай,

Никем не узнанное, рвет

Пространство, тянется тревожно,

Еще не воплотившись в речь.

И нужно только осторожно

Его из воздуха извлечь.

*  *  *

Мы за встречу сегодня пьем.

Я налью по двести,

Раз уж редко теперь вдвоем,

Слишком редко вместе.

Ну, давай еще по чуть-чуть,

А потом завяжем.

Расскажи мне хоть что-нибудь,

Если в сотый даже…

Кто в подземном царстве судья,

Что наврал Вергилий?

Вот и двое нас. Ты. И я

На твоей могиле.

*  *  *

Я всё равно упорно приезжаю

С той родины, которой не нужна.

Меня встречает странная, чужая,

Понятная, привычная страна.

И я, с какой-то неуместной дрожью

Ступая в неосвоенный простор,

Иду домой – к надежному подножью

Любимых кем-то колорадских гор.

*  *  *

Знаю: до последнего вздоха,

До последнего всхлипа мне,

Привередливой, будет плохо

В этой самой лучшей стране.

За дешёвый компотец в жилах

Неподъёмную дань плачу.

Эту я полюбить не в силах

И другой – уже не хочу.

*  *  *

В детстве мне сутулиться

Мама запрещала,

И Тверская улица

Вся по швам трещала,

Если неуверенно

Я по ней гуляла,

Если вдруг, как велено,

Плечи расправляла.

Всё валилось, рушилось,

На куски ломалось

Там, где неуклюже я

Просто распрямлялась.

И чужие стены я

Походя разбила.

Места мне, наверное,

Слишком мало было.

*  *  *

От ностальгии нет лекарства,

Хоть водку вёдрами хлещи.

Перед глазами красный галстук,

В столовой школьной снова щи,

Тарелка липкой каши манной

И с сухофруктами компот.

Внизу, в медпункте, Марьиванна

Освобожденья выдаёт

Девчонкам, у которых ЭТО,

Что нездоровы, так сказать,

Гигиенических пакетов

Поскольку просто не сыскать

В аптеках, как и в магазинах,

Где полки девственно пусты

И загибаются в корзинах

Морковки хилые хвосты.

Запущенная коммуналка,

Полураздолбанный трамвай…

И так всей дряни этой жалко –

Хоть водку пивом запивай!

Ханука

Через сорок-пятьдесят лет,

Если меня "Абсолют" не сведет в могилу,

Я возглавлю семейный обед

Под какую-нибудь "Хавву Нагилу".

Стоя одной ногою у райских врат,

Буду невнятно шамкать родным и близким

Про давно потерянный Ленинград

На ломаном полузабытом английском.

И мои веселые юные правнуки,

Освещая менорой праздничный стол,

Прощебечут: "Бабушка, хэппи ханука"

А я им: "Ленин. Партия. Комсомол."

Рождество

В рождественский день даже бездомные звери

Счастливы и надежды полны нередко:

Весело снуют у соседской двери

В надежде, что им соседка подаст объедков.

А что еще нужно для счастья, скажите, кошки,

Нам, животным нехристианской масти?

Меня ведь тоже в детстве кормили с ложки.

Только я не знала, что это счастье.

Впрочем, я о том, что сегодня праздник,

Что бы ни утверждала слепая Тора.

Видите, кошки, звезда над забором гаснет.

Значит, избиенье младенцев скоро.

*  *  *

Застряв среди веток елки

Широким воротником,

Висишь как подарок волку

На ужин – одним куском.

Тебе и легко и страшно.

Сердечко сжимает лед,

И грудь под ночной рубашкой

Укусов кровавых ждет.

Зачесана набок челка

Под выглаженный чепец.

Ты ждешь, замирая, волка,

А волк не идет, подлец.

Он в городе, в подворотне,

Вжимаясь в дверной проем,

Дрожит. Там живет охотник

С большим боевым ружьем.

*  *  *

Из пункта А, собрав в котомку вещей,

Вышел человек, сияя юным лицом.

Он был бессмертен, как бессмертен любой Кащей,

Пока цела утка с зашитым внутри яйцом.

Он планировал то, и это, и все подряд,

Ничего не хранил подолгу, как вы и я.

Но он же был бессмертен, вам говорят.

Что нужно бессмертным, кроме смены белья?

Когда, улыбаясь, он по кладбищу шел,

Под ногами его расправлялась сама трава.

Им, бессмертным, на кладбище дышится хорошо.

И прошел он так целый день или даже два.

Он в пути напевал и выглядел молодцом,

И до той поры дорога его вела,

Пока утка не сдохла. В утке стухло яйцо,

А игла сломалась от старости. Все дела.

*  *  *

Я тебе неверна, но ты без нужды не плачь.

Мой избранник – не повезло – городской палач.

Провожают меня на свидание всем двором.

Поджидает он избранницу с топором.

Если жаждешь мне возмездия – не грусти.

Говорят, меня не станет часам к шести.

Говорят, что он ласкает невинных дев

И топор заносит, девою овладев.

Кровяная река из-под дома его течет.

Так он девам невинным, верно, ведет учет.

…

Провела я в его объятиях эту ночь,

Он наутро меня спокойно отправил прочь.

Убивать не стал. Не слушай, что люди врут.

Отчего – он не знает – невинные девы мрут.

На пороге я стояла белым-бела.

И потом сама на топор головой легла.

Старуха

Вот идет по улице старуха,

Разгребая палкой грязный лед.

У нее морщинистое ухо,

На губах обветренных налет.

У нее в тяжелых венах руки,

Сгорбленная жалкая спина.

Нету никого у той старухи,

Ковыляет старая одна.

Дома у старухи телевизор,

На плите остывшая еда,

Потому что к ней соседка снизу

Помогать приходит иногда.

У экрана долгое сиденье

И бутылка кислого винца...

Та старуха – вечное виденье

Моего грядущего конца.

*  *  *

Жил человек без походки, лица и почерка,

Без своих поражений, бед своих и побед.

Он в начале анкеты каждой ставил три прочерка,

Да он и не заполнял никаких анкет.

У него не было номера телефона, не было дома,

Не было прошлого, города и страны,

Не было родителей, друзей и знакомых,

Первой жены и уж точно – второй жены.

И этот человек, безликий, безымянный, бездомный,

Которого я придумала, как друзей сочиняют дети,

Он меня любил такой любовью огромной,

Какой не было и не будет никогда на свете.

Acknowledgements

Электронная книга подготовлена с любезного разрешения автора.

Аннотация:

Фото обложки: Ben Goosen

Дизайн обложки: Ирина Бебнева

Иллюстрации: Геннадий Блохин :Санкт-петербург)

Редактор: авторская редакция

Страницы автора в сети:

Book uuid: 9664ad53-0304-4ef1-8b14-c0c5f912238a

Издание электронной книги в формате epub (publisher),

Ирина Бебнева

2013

******************

Book on the Move – Это сайт Independent Publishers – Независимых Издателей электронных книг. Мы издаём и публикуем книги современных авторов, которые соответствуют нашим представлениям о высокой планке требований к литературе. Приглашаем Вас познакомиться с другими нашими изданиями по адресу

http://ebooks.moy.su/

-=***=-

Copyright information

Тексты данной электронной книги защищены

(cc) Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivs 3.0 Unported License.

Вы можете свободно:

делиться (You are free: to Share) – копировать, распространять и передавать другим лицам данную электронную книгу при обязательном соблюдении следующих условий:

– Attribution (Атрибуция) – Вы должны атрибутировать произведения (указывать автора и источник) в порядке, предусмотренном автором или лицензиаром (но только так, чтобы никоим образом не подразумевалось, что они поддерживают вас или использование вами данного произведения).

– Некоммерческое использование (Noncommercial use) – Вы не можете использовать эту электронную книгу или отдельные произведения в коммерческих целях.

– Без производных произведений – Вы не можете изменять, преобразовывать или брать за основу эту электронную книгу или отдельные произведения.

http://creativecommons.org/licenses/by-nc-nd/3.0/deed.ru

Любое из перечисленных выше условий может быть отменено, если вы получили на это разрешение от правообладателя.

-------------------

Licensed under the Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivs 3.0 Unported License.

To view a copy of this license, visit

http://creativecommons.org/licenses/by-nc-nd/3.0/

or send a letter to Creative Commons, 444 Castro Street, Suite 900, Mountain View, California, 94041, USA.

You are free:

to Share – to copy, distribute and transmit the work

Under the following conditions:

Attribution – You must attribute the work in the manner specified by the author or licensor (but not in any way that suggests that they endorse you or your use of the work).

Non-commercial – You may not use this work for commercial purposes.

No Derivative Works – You may not alter, transform, or build upon this work.

Any of the above conditions can be waived if you get permission from the copyright holder.

Thank you for respecting the work of this author.

========= the end ===========